A+ A A-


Юрий Хащеватский: Объективная картина складывается из субъективных фильмов

Оцените материал
(1 Голосовать)

Меня часто упрекают в том, что мои фильмы - субъективны. Интересно, а какими они должны быть - объективными?..

А как это?..

Я смотрю на объект съёмки СВОИМИ глазами, воспринимаю происходящее вокруг меня СВОИМИ чувствами и на основании этого делаю СВОИ выводы.

Я до чёртиков субъективен!

И как же, по-вашему, я могу снять объективный фильм, если сам я - субъективен?

На самом-то деле у меня, как у профессионала, в руках только один ОБЪЕКТИВНЫЙ инструмент: мои СУБЪЕКТИВНЫЕ ощущения. Эти ощущения существуют ОБЪЕКТИВНО, и только им я могу доверять. И поэтому я снимаю свои СУБЪЕКТИВНЫЕ фильмы.

Но как же быть в таком случае с истиной? Как до неё нам - СУБЪЕКТИВНЫМ - докопаться?

Помните старую притчу о слепых, которые пытаются описать слона? Тот, кто держит слона за хвост, утверждает, что слон - это верёвка, тот, кто обхватил ногу, думает, что слон - это дерево, хобот - змея, туловище - дирижабль, а ухо - это огромный лопух.

Неправы все, но если они сложат свои мнения, если услышат друг друга и не передерутся, то не исключено, что вместе эти слепые приблизятся к осознанию истины.

Да, конечно, я только человек, я не могу знать абсолютную правду - правда скрыта, а я подобен слепцу, который держит слона за хвост.

Но хвост-то этот у меня в руках! И я могу его очень точно описать!

А задницу этого "слона" продемонстрирует в своём фильме кто-нибудь другой.

Важно только, чтобы он сделал это честно, опираясь на свои СУБЪЕКТИВНЫЕ ощущения. И чтобы в попытке угодить большому и сильному "слону" не врал и не выражал особых восторгов по поводу специфического аромата.

А потом и он, и я покажем свои СУБЪЕКТИВНЫЕ фильмы людям. И чем больше будет представлено обществу таких СУБЪЕКТИВНЫХ фильмов, тем более ОБЪЕКТИВНАЯ картина сложится в результате.

Это в идеале.

Это и есть реальная ОБЪЕКТИВНОСТЬ.

Иными словами, вести разговор об объективности нужно не на уровне отдельных творцов, а на уровне телевизионных каналов и других СМИ, заполняющих информационное пространство. Трансляция множества субъективных взглядов на одни и те же события и факты и есть реальная объективность.

Разговоры же телевизионных редакторов об объективности конкретного художника - это, в лучшем случае, самообман, но чаще всего это способ замаскировать их скрытую редакторскую тягу к производству пропаганды.

Открою вам страшную тайну: редакторы телевизионных каналов, которые повсюду трещат об объективности, на самом деле, как и каждый из нас, субъективны!

Но, в отличие от меня, их субъективность опасна, потому что это именно они решают, какая новость будет интересна зрителю, а какая - нет, какой фильм войдёт в программу, а какой даже и снимать необязательно.

А поскольку они распоряжаются бюджетом, то они и "заказывают музыку".

В свою очередь, "музыку" эту "сочиняют" не они, а те, кто выделяет им бюджет.

Это - система.

И именно в этой системе процветает пропаганда.

Самое печальное, что этой схеме - "выделение бюджета при условии идеологической лояльности" - противостоять невозможно. Давайте не будем себя обманывать - так будет всегда: либо государство, либо частные владельцы будут использовать СМИ в своих интересах.

Это становится особенно опасным тогда, когда все информационные каналы сосредотачиваются в одних руках, когда возникает монополия на СМИ.

Ждите тогда информационной войны.

Беларусские государственные СМИ ведут эту войну уже почти 20 лет против граждан своей страны.

Российские СМИ, воспользовавшись опытом беларусских властей, применили информационное оружие ещё и против соседних стран.

"Учебные стрельбы" провели в Эстонии в апреле 2007-го года, организовав беспорядки в связи с переносом "Бронзового солдата".

А вскоре произошли и события в Грузии.

Подготовка к агрессии против Грузии стала очевидной ещё в 2006-ом году: вспомните хотя бы истерику Владимира Соловьёва в программе "К барьеру!", посвящённой задержанию в Грузии российских шпионов.

А потом началась и самая настоящая война, с бомбёжками, с танками, с системами залпового огня, с ранеными и убитыми... И всё это сопровождалось безостановочной и циничной ложью на российских телеканалах.

Лоботомия

Фильм "Лоботомия" я закончил в начале 2010 года, через полтора года после российско-грузинской войны.

На сайте kinopoisk.ru в одной из рецензий об этом фильме было сказано так: "... запоздалый ответ на русскую версию происходящих в августе 2008 года событий вооружённого конфликта Грузии и Южной Осетии".

В этой рецензии было много вранья лично про меня, но то, что фильм - это "запоздалый ответ", может показаться справедливым. Ведь мы - кинематографисты - отстаём от событий. Кино же надо сделать. И не просто сделать - в процессе создания ещё и думать, оценивать, переживать.

Кино - не новости. Оно всегда отстаёт от информационного повода. К примеру, Михаил Ромм со своим "Обыкновенным фашизмом" отстал от события на 21 год. А фильм всё равно гениальный. И, к сожалению, судя по российской действительности, до сих пор актуальный.

Но вот ведь что интересно: "Лоботомию" выложили в интернет через полтора года после событий, а его "скачали" больше 200 тысяч человек.

На форумах писали, что смотрели семьями.

А дальше - ещё интересней! В дни российской агрессии против Украины количество "скачавших" фильм за месяц почти удвоилось. Он оказался ценным не тем, что описывал прошедшие события, а тем, что описал события будущие - будущую войну уже против Украины.

Материал фильма САМ так выстроился: ведь в прошлых событиях всегда заложено зерно событий будущих.

Вот что говорит в фильме после награждения в Кремле представителей российских СМИ за освещение событий той российско-грузинской войны мой давний знакомый, журналист Вадим Речкалов:

- ... Я вдруг понял, что мы гораздо важнее, чем солдаты: мы больше сделали, чем они. Солдаты поехали и погибли. Их сожгли в танке, а мы рассказывали о 2000 погибших, мы рассказывали о том, что город Цхинвали стёрт с лица земли, мы называли грузинов "грызунами". Я понял, кто был солдатом на этой войне. Вот мы и были. Мы её всю и сделали.

Обратите внимание: сформулировано ясно и однозначно - журналисты не просто освещали ту войну - они делали её!

В полной мере всю "прелесть" информационной войны можно было оценить во время агрессии России против Украины: многократная подтасовка фактов, подмена телевизионной "картинки", ложь и истерика - всё это стало оружием российских телеканалов, направленным против суверенной страны.

Надо сказать, что ложью и подтасовкой при освещении событий в Украине занимались не только российские каналы, но и некоторые западные - к примеру, основной европейский новостной канал Euronews. Так, в информации о столкновениях 2 мая в Одессе между сторонниками и противниками Майдана ничего не было сказано о факте вооружённого(!) нападения "антимайдановцев" на своих оппонентов, что, по сути, и явилось спусковым крючком для последующей трагедии, в которой погибли десятки людей. Ошибиться редакторы Euronews не могли: как можно ошибиться, рассказав подробно о начале и конце событий, скрыв при этом от зрителей самое существенное - середину? Нет, это была преднамеренная ложь, призванная переложить вину на одну из сторон.

Информационная война против Украины преследовала несколько целей: во-первых, разжечь ненависть населения России по отношению к украинцам, а во-вторых, сплотить часть граждан Украины, недовольных своей властью, возбудить их и спровоцировать на вооружённую борьбу. Третья цель - убедить мировое сообщество в правоте своих действий.

Надо сказать, что частично эти цели были достигнуты: 85-типроцентный рейтинг Путина в России, полыхающий Донбасс и масса "полезных идиотов" на Западе от простых блоггеров до высокопоставленных лоббистов в европейских и американских властных структурах - всё это свидетельствует об успешном результате пропагандистской атаки.

И только сбитый Боинг привёл мозги этих "полезных идиотов" в порядок. Но надолго ли?..

В каком-то смысле это может вызвать удивление: как же так? Неужели люди так легко готовы поверить в ложь? Однако, если внимательно проанализировать информацию, подаваемую российскими телеканалами, то становится понятно, что этот успех (если это можно назвать успехом) связан с использованием метода нейролингвистического программирования (НЛП).

Этот метод основан на технике моделирования вербального и невербального поведения людей. Дело в том, что любой человек никогда не переживает на опыте объективную реальность, не изменённую языком. Сам язык, начиная с названий предметов либо событий и явлений, уже формирует наше о них представление. Получается, что тот, кто назовёт, тот и сформирует начальное наше отношение к тому, что названо.

Об этом Роберт Бёрнс написал свой знаменитый афоризм:

Мятеж не может кончиться удачей
в противном случае его зовут иначе.

Российские СМИ использовали это свойство человеческой психики в полной мере. Люди, вышедшие на Майдан и протестующие против высокопоставленных казнокрадов, были названы "бандеровцами", "фашистами", новая киевская власть - "хунтой", а террористы, захватившие восток Украины, - "повстанцами", "ополченцами". Этими названиями монополизированные российские СМИ "били" по головам обывателей каждый день, каждый час, каждую минуту - это была "ковровая бомбардировка".

В сути той или иной новости уже можно было не разбираться.

Суть была в названиях.

Всё, как всегда: НЛП был задуман авторами, как метод лечения: с его помощью людей с больной психикой пытались сделать здоровыми, но, в результате, использовали этот метод для того, чтобы здоровых людей превращать в психически больных.

Поэтому неудивительно, что после начала российской информационной агрессии появились сообщения о том, что некоторые страны начинают отключать трансляцию российских телеканалов.

В ответ на эти отключения последовали протесты со стороны защитников "свободы слова", так как отключение каналов информации было воспринято как покушение на права человека.

И действительно: отключение каналов - это очень опасный прецедент, ведь это может быть использовано для уничтожения и альтернативной, неугодной властям точки зрения.

Таким образом, наша информационная цивилизация оказалась между Сциллой и Харибдой: с одной стороны, опасность массовой "промывки мозгов", а с другой - введение глобальной цензуры.

Правда, есть ещё и третья опасность: очевидно, что информационная война разрушает основы журналистской профессии, поскольку журналисты той страны, которая стала жертвой информационной агрессии, через некоторое время начинают вести ответные действия.

И зачастую пользуются теми же инструментами.

В результате цивилизация может "доиграться" до того, что профессия журналиста исчезнет и мы будем получать информацию только от пропагандистов.

Такому мрачному будущему необходимо противостоять.

Что делать?

На мой взгляд, прежде всего следует научиться фиксировать факты информационной агрессии, ибо информационная война - это не свобода слова, а преступление, в основе которого лежит злоупотребление этой свободой.

Война России против Украины даёт нам возможность определить некоторые признаки информационной агрессии:

- все СМИ находятся в одних руках и транслируют только одну точку зрения. Альтернативные точки зрения под различными предлогами удаляются из информационного поля;
- при подаче якобы объективных новостей в отношении оппонентов используются названия и определения только негативного характера;
- при описании того или иного события скрываются и/или искажаются существенные детали и обстоятельства;
- транслируется информация о событиях вымышленных;
- те или иные события, в том числе вымышленные, сопровождаются эмоциональным видеорядом, собранным из душераздирающих кадров, не имеющих к этим событиям никакого отношения.

Наличие этих признаков можно легко определить, глядя в экран телевизора. Для этого не понадобятся никакие сложные расследования, вывод о совершаемой информационной агрессии может сделать любой профессионал.

Возможно, пришло время создать международный журналистский экспертный совет, который будет иметь юридическое право определять факт ведения информационной войны.

Всё дальнейшее должно происходить автоматически:

- отключение каналов, ведущих информационную войну, не должно восприниматься как покушение на свободу слова, более того, оно должно поощряться международными общественными организациями;
- журналисты каналов, ведущих информационную войну, теряют специфические профессиональные права и лишаются моральной поддержки журналистского сообщества, так как они перестали быть журналистами, а превратились в солдат на информационной войне.

Решения такого совета должны быть не менее обязательными, чем решения Совета Безопасности ООН. Ведь давно известно, что слово - это оружие, а, следовательно, в информационной цивилизации оно может стать оружием массового поражения, "убивая" при этом психику десятков миллионов людей, как это происходит сегодня в России, в Беларуси и во многих других местах.

 

Юрий Хащеватский, специально для charter97.org

 

 

 

Апошнія навіны

Архіў навінаў

      

Design © WKN.BY | All rights reserved.